На заемное время

Есть некоторые вещи, о которых вам не хочется слышать из уст руководителей центральных банков.

Одна из таких вещей недавно выскочила изо рта Джанет Йеллен: “Я не верю в то, что мы увидим еще один кризис в отведенный нам срок жизни,” сказала она. Это изречение займет достойное место рядом с бессмертными словами Ирвинга Фишера, сказанными им 17 октября 1929 года, о том, что “цены акций достигли перманентно высокого плато,” а также со знаменитым прогнозом Джона Мейнарда Кейнса, сделанного им в 1927 году, о том, что “мы никогда в нашей жизни больше не увидим крахов.”

Пока эти слова воспринимаются как анекдот. Но как на счет того, чтобы подкрепить тезис Торстейна Поллита о том, что суперпузырь в беде.

Во-первых, определимся, что такое суперпузырь. Мы можем сделать это двумя способами. Первый способ связан с продолжительностью (как долго длится текущий бычий рынок?), другой – с валюацией (насколько дорог рынок сейчас?). Глобальный бычий тренд на рынке облигаций стартовал в 1981 году, и на тот момент доходности тридцатилетних трежерис достигли пиков на отметке 15,2%. Теперь, спустя 35 лет, доходности длинных бондов ниже 3% годовых.

Поллит излагает свой тезис несколько по-иному, приводя в качестве аргумента коэффициент P/E для бондов с тем, чтобы можно было сравнить рынок облигаций с рынком акций. Для того, чтобы посчитать коэффициент P/E для правительственных облигаций, он делит единицу на доходность десятилетних облигаций. Его расчеты показаны внизу на графике.

Он пишет:

Вам не нужно быть волшебником в области финансов, чтобы увидеть, что именно рынок облигаций достиг территории пузыря: цены облигаций оказались искусственно завышенными в результате проведения центральными банками беспрецедентной монетарной политики. Так, например, коэффициент Р/Е для десятилетних трежерис равен 44, а коэффициент Р/Е для таких же по сроку облигаций еврозоны составляет 85. Другими словами, инвестору придется ждать 44 года (и 85 соответственно), чтобы компенсировать покупную стоимость облигаций через купонные выплаты.

Однако тем временем Федеральный Резерв продолжает увеличивать стоимость заимствований; и даже Европейский Центральный Банк теперь вынашивает идею покончить со своей экспансионистской политикой — причем скорее раньше, чем позже.

Те из нас, кто враждебно относится к центральному планированию, осуществляемому центральными банками, не менее враждебно относятся и к вмешательствам правительства в ценообразовательный механизм, каковыми и являются политики QE и ZIRP.

Спойлер: попытки правительства манипулировать ценами всегда проваливаются, а иногда проваливаются с катастрофическими последствиями.

Проблема, с которой столкнулись Джанет Йеллен, Марк Карни, Марио Драги и иже с ними, заключается в том, что, подпалив фитиль посредством установления низких краткосрочных ставок, они не могут вновь убрать ядерные заряды в резерв.

Разве можно повысить ставки на сколько-нибудь значимую величину, не обрушив при этом финансовую систему? Вероятно, этого сделать нельзя. Вероятно, вообще не следовало позволять никем не избранным монетарным бюрократам делать то, что они сделали. Но теперь мы оказались там, где мы есть. И теперь комментарии относительно монетарной политики могут лишь напоминать старый анекдот о потерявшемся путешественнике, который, спрашивая у окружающих совета, как добраться до нужной ему точки, неизменно получает один и тот же ответ, что он выбрал неправильное место для старта своего путешествия.

Опубликовано 11.07.2017 г.

Источник: On Borrowed Time

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *